Павловский – о конституционной реформе в Беларуси: «Тиран оттягивает свой конец»

Бывший кремлевский политтехнолог Глеб Павловский в эфире программы «2022» на радиостанции «Эхо Москвы» высказался о перспективах транзита Путина и Лукашенко на фоне событий, которые в начале года произошли в Казахстане. - Мы остановились на Казахстане. Вернее, даже не на Казахстане, а на влиянии вот этой всей казахстанской ситуации на постсоветском пространстве. Как эти события должны воспринимать те же Лукашенко, Путин и лидеры Таджикистана, Туркменистана, которые вы успели назвать до перерыва? - Конечно, все они тревожатся. Это старые тревожные люди. И я думаю, что они многого недопонимают, вообще, в современном мире. Но на постсоветском пространстве проблем не так много. Талибы* просто вот рядом. Кстати, с Туркменией совершенно рядом. И убрать их никак нельзя оттуда. Сможет ли Туркмения защищаться от них и договариваться? Она ведь не входит в ОДКБ. - Она не входит, да. - Она не входит в ОДКБ. И это хорошо знают и они, и талибы. Потому им придется договариваться и, видимо, не с позиции силы. Я думаю, что за Казахстан нам бояться не надо. Это хорошая, сильная страна. Между прочим, входит в десятку крупнейших стран мира по территории. Девятая она, по-моему. И мы первые, а она девятая. Мегастраны так называемые. И у нее достаточно мало населения, чтобы если не воровать, то более-менее хорошо платить людям. Просто там существовала, конечно, еще более, скажем прямо, коррупционная форма социальных выплат. Все шло через теперь уже известно, какие фонды: Первого Президента и так далее и так далее. Все было очень откровенно. Но теперь, наверное, Токаеву придется немножко делиться. Я не вижу больших проблем, на самом деле. Мне очень нравится, что ОДКБ смогло провести, наверное, первую… Это такая редкость, когда военная операция с российскими войсками проходит легально по реальной просьбе руководства и быстро заканчивается. - Там насчет легальности, насколько я понимаю… - Нет, там совершенно легально. Я читал Устав. - Да, но эта реакция должна быть на внешнюю угрозу. Внешняя угроза немножко придумана. - Нет, нет, нет. Там в ОДКБ специально внесли – другое дело, зачем они это делали – внесли уже давно, между прочим, лет 10 назад, внесли, в частности, внутреннюю нестабильность. - Беспорядки. - Да. - Но когда я спрашиваю о влиянии, я вот что еще, помимо всего прочего, имею в виду. Как должны себя чувствовать – еще раз повторю эти две фамилии – Лукашенко и Путин, если они задумывались о транзите власти, как у нас сейчас принято говорить, и задумывались о различных форматах, в том числе, как говорят, казахстанском, повторить казахстанский вариант? Не означает ли это, что, посмотрев на то, что произошло там, они теперь напрочь откажутся от этого? - Лукашенко никакого транзита не признает, на самом деле, - Но он там же обещал какие-то конституционные... - Он пудрит мозги. Это всем понятно, что он оттягивает. Как говорится, тиран оттягивает свой конец. А Путин, конечно, очень внимательно отнесся к казахстанским делам. Но ведь смотрите, он на чем сосредоточился сейчас. На внешние рамки. Потому что ведь транзит неминуем тот или иной, в той модели или другой. Мы к нему идем. Но нам не нужен транзит, где слабая Москва будет управляться извне. Это неправильно. И поэтому Путин – это важно – до наступления горячей фазы транзита хочет успеть установить какие-то рамки договоренностей внешнеполитических. Конечно, наша дипломатия ужасна. Она не умеет разговаривать. Я, как говорится, не хочу это обсуждать. Это настолько ужасно. Но, в принципе, стратегия верна. В нынешнем мире вы ничего не добьетесь, с вами не будут разговаривать, если не будут бояться с вашей стороны войны. Увы, это так...