Западу послан сигнал — курс Макея будет продолжаться

У Макея и Алейника очень много общего

В первых комментариях нового министра называют профессиональным дипломатом. Да: окончил Московский государственный институт международных отношений, а его недавно умерший предшщественник – Минский государственный педагогический институт иностранных языков.

У обоих — первый язык немецкий. Оба, придя на работу в МИД, затем продолжили учебу в Венской дипломатической академии, которую, кстати, закончили в одном и том же году — 1993-м. Оба в начале карьеры возглавляли службу дипломатического протокола внешнеполитического ведомства…

Единственное различие — Алейник больше чем Макей поработал «в поле», то есть за границей. И страны Алейнику достались на зависть любому дипломату: Нидерланды, Швейцария, Великобритания.

Любопытно, что, возглавляя постоянное представительство РБ при отделении ООН в Женеве, он был ещё по совместительству послом при Святом Престоле и при Суверенном Мальтийском ордене. Именно Алейник организовывал в апреле 2009 года визит Лукашенко в Ватикан. И даже перебравшись послом в Лондон, именно Алейник поддерживал связи с Престолом и Орденом. Более того, вернувшись в 2020 году в Минск и по второму разу заняв должность заместителя министра, он официально сохранил за собой кураторство этих направлений.

О том, что Макей и Алейник были большими друзьями, секретов нет. Более того, от нескольких человек, я слышал, что именно Алейник был свидетелем во время церемонии бракосочетания Владимира Макея с актрисой Верой Поляковой, а позднее крестным отцом их сына.

В МИД Алейника привёл Пётр Кузьмич Кравченко. Почему?

В конце декабря 2009 года я был приглашён в гостиницу «Планета», где по традиции посольство Японии ежегодно устраивало большой приём в честь национального праздника своей страны.

Как всегда бывает в подобных случаях, сначала выступил посол. Затем слово в ответ произнёс Сергей Алейник — заместитель министра иностранных дел.

Рядом со мной в это время стоял Пётр Кузьмич Кравченко, первый министр иностранных дел суверенной Беларуси. Выступление белорусского дипломата — короткое и нешаблонное — мне понравилось. О чем я и сказал соседу. Кравченко расплылся в улыбке: «Это, ведь, мой ученик. Это я привёл его в министерство».

Признаюсь, тогда меня подмывало спросить экс-министра: а случилось ли бы такое, если бы он и отец Алейника не пересекались по работе. Дело в том, что когда Кравченко был секретарем Минского горкома партии, отец Алейника работал в международном секторе ЦК КПБ. Признаюсь, этого я так и не спросил — не хотелось портить приятный вечер ни себе, ни собеседнику.

За Алейником нет негативного шлейфа

Похоже, что, назначая нового министра, Лукашенко учел все нюансы ситуации. Этим назначением он даёт ясный сигнал Западу — правая рука Макея продолжит курс на разморозку сложившихся отношений.

В преемники умершему министру выбран его протеже, человек, который не замечен в крикливых антизападных высказываниях. Человек, который годами показывал свою верность и лояльность, и который при этом всегда знал, как себя вести.

Он — взвешенный, не эмоциональный. А это залог того, что грубых ошибок в работе внешнеполитического ведомства наверняка не будет.

                                  Сергей Большаков