Лукашенко – «хороший друг» Трампа? Кто на самом деле решает судьбу политзаключенных

Дональд Трамп освобождает беларусских политических заключенных, и готовится визит Лукашенко в США. Об этом заявил спецпредставитель Дональда Трампа после переговоров с Лукашенко в Минске. Закрытые разговоры продолжались несколько часов. На кону судьбы сотен беларусских политических заключенных. Делегацию приветствовал глава КГБ Иван Тертель. Перед визитом в Минск Коул посетил Вильнюс. Сохранился ли единый фронт в вопросе освобождения политзаключенных и политики в отношении Беларуси? Подробности этих событий в специальном издании «ПроСвета» обсудили Сергей Пелеса, Дмитрий Мицкевич и Евгений Красулин. Сергей Пелеса: Иван Тертель, председатель КГБ, проводил американских посланников во Дворец Независимости в Минске. Председатель КГБ Иван Тертель обнимал даже Кристофера Смита. Известно, что Кристофер Смит – это один из патриархов американской политики демократизации Беларуси, который занимается Беларусью более двадцати лет, один из авторов известного Акта о демократии в Беларуси. Фактически для режима Лукашенко, для его спецслужб Крис Смит – это как бы главный американский агент, который пытается свергнуть Лукашенко, а тут Тертель чуть ли не обнимается с ним, улыбается. Как объяснить, почему Тертель обнимается и улыбается? Дмитрий Мицкевич: Во-первых, это демонстрация Лукашенко, что посмотрите, на каком уровне мы этот вопрос решаем и кто у нас за это отвечает. Вот в ведомстве каком находится вопрос политзаключенных и какое значение для Лукашенко имеет. Он показывает конкретного человека. Для американцев штамп КГБ очень понятен. У них это понятно для всех кругов, и политических, и гражданских, для любых. Это очень конкретный штамп, и они это хорошо понимают. Для самого Тертеля это тоже попытка показать свое собственное влияние и то, что вот КГБ – все-таки одна из главных спецслужб. На фоне всей внутренней межведомственной борьбы, которая ведется в режиме Лукашенко, то, что именно Тертель сидит за этим столом вместе со своим хозяином, – это также демонстрация, что они на данный момент хозяева ситуации, что Тертель в фаворе и, соответственно, его структура занимает важнейшую роль именно в этой репрессивной иерархии. Сергей Пелеса: Джон Коул после встречи с Лукашенко процитировал Трампа, который говорит: мол, Лукашенко – это хороший друг Трампа и уважаемый мировой лидер. Это обычная дипломатическая корректность, дипломатия американская – или, скорее, речь о чем-то новом? Уже появляются голоса о том, что, возможно, администрация Трампа работает над тем, чтобы создать что-то вроде такой сети сильных лидеров, не демократических, но которые будут иметь хорошие отношения с США. Может, не дружеские, но добрые, под определенным контролем США. Речь идет и о Венесуэле, и такой расчет в Иране мог быть. И вот Лукашенко со снятыми санкциями, который поедет к Трампу. По вашему мнению, что означают эти слова – хороший друг, уважаемый мировой лидер? Сергей Пелеса, Дмитрий Мицкевич и Евгений Красулин в специальном выпуске «ПроСвета». Скриншот Просвет/Белсат Евгений Красулин: Я бы сказал, что это означает своеобразную форму дипломатии, которую можно назвать Трамп-дипломатией. Раньше мы такое слышали. Помните, градация: крепкая дружба, железобетонная дружба и так далее. Мы слышали это со стороны Китая. Давно мы его не вспоминали. Кстати, один из тех, кто встречался с Коулом, – это Вегеле, а он возглавляет группу для восстановления контактов с Китаем в литовском Сейме. Здесь может быть еще и присутствие планов более дальних касательно востока, чем только Лукашенко и только Москва. Если возвращаться к этой, скажем так, постройке группы «своих сукиных сынов», что было свойственно для политики Соединенных Штатов в пятидесятые, шестидесятые, семидесятые годы. Да, такое быть может, и, судя по заявлениям опять же того же Трампа, может сложиться впечатление, что он готов не менять, не заменять режимы, а, скажем так, трансформировать режимы в подчиненные ему и дальше этими режимами манипулировать. Другое дело, что как бы мы ни привыкли говорить, что диктаторы, подобные Лукашенко, – это сильные люди, они не сильные люди, диктаторский режим – это всегда слабый режим. Ему слишком много ресурсов нужно тратить на подавление протестов, недовольства в своем обществе. А тем более Лукашенко, который не может справиться с экономическим проблемам. Если его оставить на посту главы Беларуси, это неизбежные проблемы с беларусским обществом. Насколько Трамп согласен финансировать Лукашенко, чтобы он эти проблемы в Беларуси решал? Я не уверен.