Белоруссии потенциально грозит пакистанский миграционный кризис
Озвученные 11 апреля Александром Лукашенко планы по массовому привлечению трудовых мигрантов из Пакистана в обозримой перспективе могут привести к миграционному кризису. О реальности этой угрозы свидетельствуют прошлогодние события в Киргизии, массово принимающей мигрантов из стран Южной Азии.
Про привлечение пакистанских мигрантов А. Лукашенко заявил в ходе официального визита в Минск премьер-министра Пакистана Шахбаза Шарифа. По словам белорусского лидера, в ближайшее время в страну «…будут направлены специалисты разных отраслей. Тех отраслей, о которых мы попросим. И руководство Пакистана поможет нам подобрать таких людей. Пусть это будет 100 тысяч, может быть, 120-150 тысяч этих специалистов. Мы готовы принять их в Беларуси и создать им необходимые условия для работы».
Заявленные президентом цифры очень серьезны. На 1 января 2025 г. в Белоруссии, по данным Национального статкомитета, проживали 9 млн 109,3 тыс. чел. В качестве трудовых мигрантов из Пакистана планируется завезти 1,1-1,6% от общей численности населения республики. То есть на 1000 местных жителей будет приходиться от 11 до 16 пакистанцев. Поскольку работать они будут в определенных локациях, их территориальная концентрация будет еще выше, а эффект от появления большого количества инокультурных мигрантов – еще более рельефным.
Пакистанской стороной эта инициатива была воспринята «с большим энтузиазмом». Ш. Шариф расценил ее как «…настоящий подарок, который я везу с собой из Беларуси, дорогой подарок от моего брата Александра Лукашенко». В контексте той демографической ситуации, которая складывается в Пакистане, радость его премьер-министра удивления не вызывает. Страна переживает беспрецедентный демографический взрыв, а емкость его внутреннего рынка труда обеспечить собственное население работой не позволяет. На 1 января этого года численность населения Пакистана достигла 255 млн чел., что в полтора раза больше населения России. Плотность населения – 331 чел. на квадратный километр, что в 40 с лишним раз больше, чем в РФ, а ежегодный прирост – 1,66%. Уровень безработицы в последние годы составляет около 5-6%, что оставляет мало шансов на решение этой проблемы за счет внутренних ресурсов. Не случайно пакистанцы на переговорах заверили белорусскую сторону, что все их специалисты имеют прекрасную подготовку, «они трудолюбивы, у них есть навыки, семьи, которые надо поддерживать».
В Белоруссии демографическая ситуация развивается в прямо противоположном направлении. С 2020 г., когда в Минске начались массовые протесты против переизбрания главой государства А. Лукашенко («Беломайдан»), до начала 2024 г. население республики, согласно официальным данным «Белстата», сократились с 9 млн 410 тыс. до 9 млн 155 тыс. чел. За четыре года оно уменьшилось более чем на четверть миллиона, или на 2,7% по отношению к началу 2020 г. За прошлый год численность населения сократилась еще на 46,7 тыс., что довело итоговую убыль за пятилетие до 300 тыс. чел.
Причина этого заключается не только в массовой эмиграции, наблюдавшейся после «Беломайдана», но и в естественной убыли населения. В последние годы «Белстат» фиксирует рекордно низкую рождаемость и высокую смертность. Так, по итогам прошлого года рождаемость в Белоруссии составила 6,8 случая на 1000 населения, что на 20% ниже, даже чем в 1943 г. (8,6 рождения), когда большая часть территории республики находилась в немецкой оккупации. Причем возможности компенсировать это падение за счет стимулирования притока соотечественников Белоруссия в отличие от России не имеет.
Однако, решив проблему дефицита рабочей силы за счет пакистанцев, Белоруссия создаст себе гораздо более острую проблему, с которой не так давно столкнулась другая страна СНГ – Киргизия. В последние годы она, сама массово отправляя мигрантов на работу за рубеж, столкнулась с большим притоком выходцев из стран Южной Азии – Индии, Пакистана и Бангладеш. Основных каналов для въезда в Киргизию у них два – как студенты и как трудовые мигранты, многие из которых работают нелегально. Привлечение иностранных студентов было сознательной стратегией киргизских властей и вузов, рассчитывавших на доходы от платы за обучение. Большинство из приезжих осваивали медицинские специальности. За три учебных года – с 2017/2018 по 2021/2022 – число студентов из стран дальнего зарубежья, обучавшихся в вузах КР, выросло втрое – с 8 до 24 тыс. чел., а удельный вес пакистанцев среди них за пять лет увеличился почти в пять раз – с 6,5 до 31,8%.
В последние годы Киргизия неожиданно оказалась мировым лидером по численности иностранных студентов. В 2024-2025 учебном году в киргизских вузах обучалось 85 тысяч иностранцев, что втрое превышало аналогичный показатель в соседнем Казахстане (28,5 тыс.). В республике с населением 7,2 млн чел. работают 78 вузов, в том числе 50 частных. На одного иностранного студента в Киргизии приходится 85 местных жителей, тогда как в Казахстане – 710, а в России – 411. Причем численность иностранных студентов в республике быстро растет. Еще в 2022/2023 гг. их насчитывалось 71,7 тыс. Большинство иностранной студенческой «диаспоры» составляли выходцы из Узбекистана (40,3 тыс.), за которым следовала Индия (15,3 тыс.) и Пакистан (8,4 тыс.). Причем за десять предшествующих лет число студентов из Индии увеличилось сразу в 13,5 раза (с 1,1 до 13,5 тыс.).
Помимо учебы выходцы из Южной Азии начали массово приезжать в Киргизию и как трудовые мигранты. Спрос на них предъявляла местная швейная промышленность, которая в условиях введенных против России санкций заметно увеличила объемы производства и экспорта. Уровень зарплат, которые предлагали киргизские швейные предприятия, был гораздо выше, чем в Индии, Пакистане и Бангладеш, но местное население он уже не привлекал. Большинство трудовых мигрантов из Южной Азии по-видимому работали в Киргизии нелегально. На 2023 г. МВД Киргизии было выдано 2,6 тыс. разрешений на работу гражданам Пакистана, 2,5 тыс. – Бангладеш и 1,7 тыс. – Индии. При этом после прошлогодних беспорядков в республике закрылись 64 швейных цеха, в которых работали выходцы из стран Южной Азии. В одном из таких цехов работало 20 мигрантов, а после беспорядков остался всего один.
В апреле-мае 2024 г. МВД Киргизии в ходе проверочных мероприятий за день выявляло по 20-30 нелегальных мигрантов, главным образом жителей Пакистана и Бангладеш. Более 1,5 тыс. пакистанцев и 1 тыс. бангладешцев в ходе этих мероприятий были выдворены из страны, но при этом численность оставшихся нелегалов оценивалась в 5 тыс. чел. Согласно данным, озвученным в конце мая 2024 г. на заседании комитета Жогорку Кенеша (парламента) заместителем министра иностранных дел А. Имангазиевым, в стране находились 11 тыс. индийцев и 12 тысяч 970 пакистанцев, среди которых были как студенты, так и трудовые мигранты. Причем нелегальные мигранты в эту цифру, судя по всему, не попали.
Тем не менее того числа мигрантов, которые уже находились в Киргизии, оказалось достаточно, что спровоцировать массовые беспорядки. В ночь на 13 мая 2024 г. между иностранными студентами и местными жителями произошла драка, по итогам которой были задержаны четверо иностранцев и двое местных. 17 мая видео с дракой появилось в сети, и вечером того же дня в Бишкеке собралась толпа из нескольких сот местных жителей, которые перекрыли две улицы, начали бить стекла и ворвались в студенческое общежитие, где проживали студенты из Южной Азии. Кроме того, рано утром 18 мая несколько десятков человек пришли в цех, где работали граждане Индии, Бангладеш и Пакистана, и устроили там погром, ограбив и избив иностранцев. В результате 14 из них получили травмы, а трое были госпитализированы. По итогам всех этих событий за медицинской помощью, по данным Минздрава, обратился 41 чел.
Есть все основания полагать, что Белоруссию с началом массовой трудовой миграции из Пакистана ожидает похожий сценарий. Тем более что мигрантов она планирует завезти гораздо больше, чем на момент начала беспорядков проживало в Киргизии. Поправку, конечно, можно сделать на более спокойный характер и менталитет местного населения, но, как показывает опыт среднеазиатской иммиграции в Россию, эти обстоятельства способны лишь отсрочить наступление миграционного кризиса, а не предотвратить его.
Принимая доклад о развитии районов Гомельской области, пострадавших от катастрофы на Чернобыльской АЭС, президент Беларуси Александр Лукашенко затронул ряд тем. В их числе – вопрос, возникший на пространстве интернета, о привлечении трудовых мигрантов, в том числе из Пакистана. Белорусский лидер рассказал, что пакистанские партнеры «обратились по поводу трудовых ресурсов, которые у них в избытке, а у нас не хватает». Поэтому Беларуси придется в ближайшем будущем согласиться на то, что в стране «будут работать люди из других стран. И прежде всего стран азиатских».
Президент предупредил сомневающуюся часть общества, что «если кто-то боится иностранцев, надо работать тогда за троих, хотя бы за двоих. И мы в ближайшие 10-15 лет вообще не будем говорить о дефиците трудовых ресурсов». И задал уточняющий вопрос: «Хотим мы этого? Не очень. Я говорю непопулярно, но откровенно».
Поэтому, констатировал президент, «если мы хотим сохранить свою страну, сохранить наш народ, быть суверенными, независимыми… если мы хотим работать, управлять процессами, никакого страха нет, что к нам приедут мигранты из других стран».
При этом А. Лукашенко отметил, что мигранты из разных стран должны быть рассредоточены по территории страны, а акцент будет делаться на приглашении приезжать сразу семьями.